Святое копьё

Heilige Lanze

Наверное, наиболее легендарная, окутанная мифами и заблуждениями реликвия из набора имперских клейнодов римско-германских императоров. Наряду с Императорским крестом (Reichskreuz), Императорским мечом (Reichsschwert) и Императорской короной (Reichskrone) копье была самой важной частью императорских регалий (Reichskleinodien).

Святое Копье

Святое Копье

Рисунок Святого Копья со снятой накладкой

Рисунок Святого Копья со снятой накладкой

В середине наконечника копья каролингского периода выточено отверстие для железной булавки с тремя узлообразными выступам, в которые вделаны три латунных крестика. Не исключено, что изначально они считались частичками железного гвоздя — одного из тех, которыми «прободали» руки и ноги Христа. В XI веке булавка считалась гвоздем от Креста Господня. Лезвие копья изготовлено в VIII веке с применением стали, железа, латуни и кожи. Отверстие в наконечнике закрывает золотая накладка. Длина лезвия копья достигает 50,7 см.

По древней легенде копье принадлежало Св. Маврикию, который благодаря ему стал святым патроном Священной римской империи. Маврикий, согласно легенде, жил на рубеже III и IV веков н. э. и был командиром фиванского легиона, который находясь в Египте среди христиан полностью принял новую веру. Когда легион был направлен в Галлию, он во время перехода через Альпы отказался принимать участие в наказании единоверцев и был децимирован (то есть был казнен каждый десятый солдат). Однако легион вновь отказался принимать участие в карательной экспедиции и по приказу императора Максимиана оставшиеся 6600 легионеров были казнены.

В XIII веке копье стало называться «Священным копьем», так как его стали считать копьем римского воина (согласно другой легенде — сотника) Лонгина, которым тот пронзил ребра Иисуса, чтобы проверить, умер ли тот. Таким образом, копье было омовлено кровью Спасителя.

Золотая накладка была сделано по приказу императора Карла IV (правил в 1346–1378 гг.) в Праге и на ней размещается надпись: «Копье и гвоздь Христовы».

По преданию, Карл Великий получил это копье в дар от папы Адриана I. В период оттонианского правления копье стало символом могущества, ему приписывалась магическая власть непобедимости. Его силой объясняли победу Оттона I над венграми в 955 г. при Лехфельде и славянами.

Скульптура Св. Маврикия В соборе Магдебурга (ок. 1250 г.)

Скульптура Св. Маврикия. Собор Магдебурга (ок. 1250 г.)

Распятие. Над головой солдата надписано его имя: ΛΟΓΙΝΟС. (Евангелие Рабулы, 586 г.)

Распятие. Над головой солдата надписано его имя: ΛΟΓΙΝΟС. (Евангелие Рабулы, 586 г.)

Копье хранилась в специальном углублении в поперечной перекладине Императорского креста. Как большинство священных реликвий среди знаков императорской власти, копье по значению стояло выше Императорской короны, которая была всего лишь внешним атрибутом, не наполненным сакральным смыслом причастности к небесным покровителям.

Священное копье

(Глава из книги А.Ю. Низовского «Лсrендарпое оружие древности» (М.: Вече, 2013.))

Эта загадочная реликвия, хранящаяся в числе других регалий императоров Священной Римской империи в сокровищнице венского дворца Хофбург, за прошедшие века имела множество имен: Священное копье, копье сотника Лонгина, копье Судьбы, копье Христа, копье императора Константина, копье святого Маврикия. В Средние века считалось, что это оружие делает его владельца непобедимым, с его помощью можно одержать победу в любом сражении и в итоге завоевать весь мир. Легенды рассказывают о нем самые невероятные вещи и приписывают ему огромную мистическую власть. На протяжении столетий копье переходило от одного правителя к другому, и каждый из них считал, что обладание этой святыней является гарантом его права па суверенитет и своеобразным благословением небес. В разных преданиях история Свящсшюго копья излагается по-разному; в одном легенды сходятся: это то самое копье, которым римский солдат пронзил бок распятого на кресте Иисуса Христа. Таким образом, копье Судьбы, омытое кровью Христа, сыграло свою особую роль в исполнении пророчеств Ветхого Завета…

Кто ты, сотник Лонгин?

…Понтий Пилат не сумел успокоить ярость пришедшей к его дворцу толпы, жаждавшей смерти Иисуса, и в конце концов поддался ее требованию. Римские солдаты повели Иисуса на казнь.

На вершине Голгофы солдаты прибили гвоздями к кресту руки и ноги Христа. Тело его обвисло под собственной тяжестью, доступ воздуха в легкие был затруднен, и, задыхаясь, он испытывал ужасные муки. Над головой Иисуса повесили дощечку с надписью: «Сей есть Иисус, Царь Иудейский» (Мф. 27: 37). Собравшиеся возле распятого Иисуса люди выкрикивали в его адрес различные оскорбления. «Если Ты Сын Божий, — кричали они, — сойди с креста» (Мф. 27: 40). «Других спасал, а Себя Самого не может спасти; если Он Царь Израилев, пусть сойдет с креста, и уверуем в Него; уповал на Бога; пусть теперь избавит Его, если Он угоден Ему», — насмехались другие (Мф. 27:42—43).

Около 9 часов вечера началась агония. Из последних сил Иисус громко воскликнул: «Или, Или! Лама савахфани?», что по-арамейски означало: «Боже Мой, Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил?» (Мф. 27:46). Одни из солдат взял губку, намочил се в уксусе и, наложив па трость, поднес к устам Распятого. После этого Иисус опять громко возопил и испустил дух. В этот момент, как образно повествует Евангелие от Матфея, «земля потряслась; и камни рассеялись; и гробы отверзлись; и многие умершие воскресли».

Солдаты перебили ноги двум несчастным, распятым вместе с Иисусом, чтобы ускорить их смерть. Однако когда опи подошли к Иисусу, то увидели, что тот был уже мертв. Чтобы удостовериться в этом, один из воинов взял копье и пронзил тело Христа: «…один из воинов копьем пронзил ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода» (Ип. 19: 34).

Сюжет с прободением тела Христа копьем присутствует только в Евангелии от Иоанна (19: 31—37), в синоптических Евангелиях этой сцены нет. Это следует объяснять тем обстоятельством, что из всех четырех евангелистов только Иоанн являлся непосредственным свидетелем смерти Христа. Что же касается имени римского воина, то его можно найти только в апокрифических текстах, одним из которых является, например, «Евангелие от Никодима»: Гай Кассий Лонгин. В этом же тексте говорится, что Лопгин был пе простым солдатом, а центурионом — т.е. сотником, младшим офицером. Возможно, это был тот же самый сотник, который, увидев смерть Иисуса на кресте, сказал: «Воистину, Он был Сын Божий» (Мф. 27: 54, Мк. 15: 39). Евангелие от Луки вкладывает в его уста другие слова: «Истинно человек этот был праведник» (Лк. 23:47).

В дальнейшем христианская традиция довольно прочно усвоила имя сотника Лонгина. Оно встречается уже на миниатюре «Евангелия Рабулы», сирийской рукописи, датируемой 586 годом и ныне хранящейся в библиотеке Лоренцо Медичи (Bibliotcca Mcdicco Laurcnziana) во Флоренции. На миниатюре имя ЛOГINOC написало греческими буквами над головой солдата, который вонзает свое копье в тело распятого Христа. Это одно из самых ранних свидетельств традиции, согласно которой имя римского воина было Лонгин (ссли эта надпись не позднее дополнение).

По любопытному совпадению имя Гая Кассия Лонгипа фигурирует в списке заговорщиков, убивших Юлия Цезаря в 44 году до н.э. Позже он и его соратник по заговору Марк Юний Брут были побеждены Марком Антонием и Октавианом в сражении при Филиппах в 42 году до н.э. Видя поражение, Лонгин совершил самоубийство.

Согласно «Евангелию от Никодима», Гай Кассий Лонгин-младший был внуком убийцы Цезаря, а копье Судьбы оп унаследовал от своего знаменитого деда. Гай Кассий Лопгип-старпшй, в свою очередь, получил копье в награду от Юлия Цезаря за военные подвиги во время завоевания Галлии. Каким образом копье попало к Цезарю — неизвестно, равно как и происхождение этого оружия. Если верить легендам, история копья уходит в непроглядную тьму далеких веков. Сирийский поэт и теолог Ефрем (Ефрем Сирин, IV в.) полагал, что Священное копье некогда охраняло Древо Жизни. Одно из преданий утверждает, что копье было изготовлено в 3061 году до н.э. легендарным библейским кузнецом Тувалкаином, седьмым в поколении Адама, который отковал копье из упавшего на землю железного метеорита. По другой версии, оно было создано древним еврейским первосвященником Финессом, сыном Елеазара и внуком знаменитого Аарона (или только принадлежало ему). Как повествует библейская книга Чисел, этим копьем Финесс поразил израильтянина-вероотступника и мадианитянку, с которой тот прелюбодействовал. Этим актом он отвратил от Израиля гнев Господень: «И вот, некто из сынов Израилевых пришел и привел к братьям своим мадианитянку, в глазах Моисея и в глазах всего общества сынов Израилевых, когда они лакали у входа скинии собрания. Финесс, сын Елеазара, сына Аарона священника, увидев это, встал из среда общества и взял в руку свою копье, и вошел вслед за Израильтянином в спалыпо и пронзил обоих их, Израильтянина и женщину в чрево ее: и прекратилось поражспис сынов Израилевых» (Чис. 25: б—8). Пройдя через века, легспдарнос оружие оказалось в распоряжении сотника Дошила.

Одно из преданий рассказывает, что Лонгин был почти слепым (что кажется не очень вероятным, поскольку слепого солдата вряд ли оставили бы на военной службе). Когда он вонзил свое копье в тело Христа, капли истекшей из него крови и воды (лимфы) попали ему в глаза, отчего сотник сразу прозрел. Именно после этого, как считается, он воскликнул: «Воистину, Он был Сын Божий!»

Согласно тем же апокрифам, а также более поздним агиографическим сведениям, Лопгип обратился в христианскую веру, оставил ряды армии, примкнул к апостолам и в конечном счете стал монахом (хотя в то время еще не было монастырсй) и перебрался в Цезарею Каппадокийскую, где выступил с горячей проповедью Благой Вести. Власти Цезареи обрушились на Лоппша с преследованиями. С этим событием связана еще одна апокрифическая легенда: римский наместник приказал вырвать Лонгину все зубы и отрезать язык, однако, несмотря на это, Лонгин продолжал говорить, причем отчетливо и ясно, а потом схватил топор и прямо на тазах наместника разбил им несколько языческих идолов. Демоны, обитавшие в идолах, выскочили наружу и напали на наместника. Его разум помутился, глаза перестали видеть… Но измученный пытками Лонгин сказал наместнику, что тот снова обретет зрение после его смерти. Тоща наместник приказал убить Лоппша. Когда его казнили, капли крови мученика брызнули в глаза наместника, и тот прозрел. Это чудо заставило римского наместника уверовать и обратиться в христианство. А останки святого Лонгина ныне покоятся в церкви Святого Августина в Риме. Копье же бывшего сотника стало религиозной реликвией. Уже дошедшие до пас записи X века называют копье, вонзенное в бок Иисуса, Священным.

Копье «размножается»

Широкое почитание реликвий, связанных со Страстями Христовыми, началось во времена Елены — матери императора Константина, основателя Восточной Римской (Византийской) империи. Обратившись в христианство, Елена стала одной из самых горячих сторонниц новой религии. Она совершила паломничество в Святую землю и пожертвовала средства на строительство здесь нескольких церквей. В 326 году по инициативе Елены в Иерусалиме были организованы поиски, приведшие к обнаружению креста, на котором был распят Иисус, и Гроба Господня. Раннехристианский писатель Евсевий Кесарийский, написавший «Жизнь Константина», подробно рассказывает о том, как по приказу Елены был спссеп языческий храм Венеры, стоявший па месте погребения Христа, и срыта земля под ним. По счастью, сооружая храм, римляне не сровняли с землей скалы, в которых были высечены древние гробницы, а, привезя большое количество земли для засыпки, ограничились лишь выравниванием поверхности. Образовалась огромная земляная насыпь в виде террасы, спасшая таким образом могилы от разрушения. Раскапывая ее, рабочие обнаружили выступ природпой скалы, в котором копавшие опознали Голгофу — место распятия Христа, нашли под ним и пустую гробницу, а неподалеку во рву — кресты Иисуса и двух разбойников, распятых вместе с ним. Вместе с крестом были обнаружены четыре гвоздя и табличка с латинской надписью INRI (первые буквы латинской фразы «Иисус Назарейский, царь Иудейский»). Подробности этого события можно прочесть у византийского историка Сократа Схоластика:

«Сняв идола, откопав и очистив место, она (Елена. — Авт.) нашла в гробнице три креста: один — преблаженный, на котором висел Христос, а прочие — на которых распяты были и умерли два разбойника. Вместе с ними найдена и дощечка Пилата, на которой распятого Христа провозглашал он в разных письменах царем Иудейским. Но так как все еще неизвестен был крест искомый, то мать царя обуяла немалая скорбь. От этой скорби вскоре, однако, избавил ее иерусалимский епископ по имени Макарий. Он разрешил недоумение верою, то есть просил у Бога знамения и получил его. Это знамение состояло в следующем: в той стране одна жена одержима была долговременной болезнью и наконец находилась уже при смерти. Епископ вознамерился поднести к умирающей каждый из тех крестов, веруя, что, коснувшись креста драгоценного, она выздоровеет. Надежда не обманула его. Когда подносили к жене два креста не господних, умирающей нисколько не было лучше, а как скоро поднесен был третий, подлинный, умирающая тотчас укрепилась и возвратилась к совершенному здравию. Таким-то образом найдено древо креста».

Деятельность Константина и Елены (они позднее были канонизированы) в Святой земле лета в основу традиции почитания святых мест Палестины, связанных с именем Христа и первых апостолов.

Приблизительно к этому же времени относится и появление Священного копья — того самого, что пронзило бок Иисуса. Первые достоверные свидетельства о его физическом существовании относятся к VI веку. Предполагается, что копье было обнаружено на Голгофе вместе с другими реликвиями Страстей.

Св. Антоний из Пьяченцы, побывавший в 570-х годах на Святой земле в качестве паломника, описывая святые места Иерусалима, говорит, что видел в базилике горы Сион «Терновый венец, которым наш Господь был увенчан, и копье, которым Он был поражен в бок». Это самое раннее дошедшее до наших дней свидетельство существования Священного копья, причем полученное из уст очевидца. О существовании этой реликвии в Иерусалиме пишут также Кассиодор (жил ок. 485–578 гг.) и Григорий Турский (жил ок. 538–594 гг.), но ни тот, ни другой в Иерусалиме не были и пользовались сведениями других людей.

Копье в числе других христианских реликвий оставалось в Иерусалиме до 614 года; в тот год персидский царь Хосров II Парвиз напал на Иерусалим. Часть реликвий персы уничтожили, часть увезли с собой. С этого момента в истории Священного копья происходит решительный поворот: легендарное оружие… размножается! На свет появляются сразу несколько «копий сотника Лонгина», каждое из которых в большей или меньшей степени претендует на то, чтобы называться подлинным. До наших дней допшо по крайней мере три Священных копья, одно из которых самым тесным образом связано с историей Священной Римской империи. Впрочем, наполненная приключениями история каждого из этих Священных копий порой настолько переплетается, что иной раз невозможно определить, о какой именно реликвии идет речь.

По сообщению «Пасхальной хроники» («Александрийской хроники», VII в.), уже в том же 614 году византийский полководец Никита (двоюродный брат императора Ираклия), нанесший ряд поражений персам, сумел вернуть Священное копье. Он увез реликвию в Константинополь. Копье (строго говоря, речь идет только о стальном наконечнике) вернулось из плена поврежденным, разломанным на две части. Меньшая часть (собственно острие) была вставлена в икону, которая хранилась в соборе Святой Софии. В 1244 году латинский король Константинополя Болдуин II продал эту часть Священного копья (наряду с другими реликвиями) французскому королю Людовику IX, и с этого времени она хранилась вместе с Терновым венцом в знаменитой часовне Сснт-Шапель в Париже. Во времена кровавой французской революции часовня — уникальный памятник средневекового искусства — была разгромлена, а реликвии перемещены в Национальную библиотеку, откуда впоследствии бесследно исчезли. И хотя Терновый венец был спасен (существуют, однако, сомнения в его аутентичности), все другие реликвии исчезли навсегда.

Что касается второй, большей части копья, то его видел в восстановленном храме Гроба Господня в Иерусалиме епископ Аркульпус, совершавший паломничество в Святую землю приблизительно в 670 году. После этого все известия о копье исчезают; святой Виллибальд, совершивший паломничество в Иерусалим в 715 году, даже не упоминает о нем. По-видимому, в начале VIII столетия это копье было вывезено в Константинополь, где поочередно хранилось в нескольких церквях; его присутствие в столице Византийской империи подтверждают свидетельства многочисленных паломников, в том числе приезжавших из Киевской Руси. Когда в 1204 году крестоносцы разграбили Константинополь, часть обширного собрания реликвий, принадлежавших византийским императорам, бесследно пропала. Наряду со многими другими ценностями исчезло и копье сотника Лонгина.

В 1355 году в Льеже появилась написанная на французском языке книга о необыкновенных приключениях английского рыцаря сэра Джона Мандсвиля. Отправившись в сентябре 1322 года в путешествие из Англии, он посетил Византию, Сирию, Аравию, Египет, Эфиопию, Армению, Персию, Халдею, Татарию, Индию, Зондские острова, Китай и, якобы плывя «на восток» по морю, вернулся в Норвегию, а затем побывал еще в Брабанте, Германии, Чехии, Литве и Сарматии. Книга о путешествии Джона Мандсвиля долгое время пользовалась необычайной популярностью в Европе, еще до изобретения книгопечатания она широко распространялась в рукописных списках и была переведена почти на все европейские языки. Позже исследователи пришли к выводу, что эта книга, судя по всему, является ловкой мистификацией и составлена из множества отрывков описаний подлинных путешествий, совершенных разными людьми в разные времена. И помимо прочих любопытных сведений в этой книге содержится упоминание о Священном копье.

Рассказывая о своем пребывании в Константинополе в 1327 году, сэр Джон Мандевиль утверждает, что видел оба фрагмента Священного копья — ив Париже, и в Константинополе — и что последний был намного больше первого. Поскольку вся книга Мандевиля построена на отрывках из сообщений других путешественников, к этому свидетельству следует отнестись со вниманием: несомненно, что кто-то в описываемое время действительно видел в Константинополе фрагмент Священного копья и имел возможность сравнить его с тем, что хранился с 1244 года в Париже.

Константинопольское копье сотника Лонгина окончательно объявилось па свет уже после падения Византии, в 1492 году, когда турецкий султан Баязид (Баязет) II отправил в дар папе Иннокентию VIII копье, которое, как считалось, было тем самым пропавшим много лет назад Священным копьем. В Риме, однако, отнеслись к реликвии с подозрением: се подлинность вызывала большие сомнения. К тому времени уже были известны три Священных копья: одно — в Париже (собственно, не само копье, а только наконечник), в Нюрнберге (копье императоров Священной Римской империи, речь о котором еще впереди) и в Эчмиадзине в Армении. Сегодня дар турецкого султана хранится в Ватикане, в соборе Святого Петра, но представляет скорее исторический интерес: ведь до сих пор в точности неизвестно, является ли это копье тем самым, что много веков назад хранилось в Константинополе, и тем же самым, что пронзило бок умирающего Христа… Во всяком случае, римско-католическая церковь не настаивает на подлинности «Ватиканского копья». Правда, в середине 1700-х годов папа Бснедикт XIV заявил, что получил из Парижа точный рисунок наконечника копья, хранящегося в Септ-Шапель, и что при сравнении его с «Ватиканским копьем» оказалось, что оба эти фрагмента, малый и большой, первоначально представляли собой одно целое…

«Пойдем, и я покажу тебе копье…»

Существует, однако, еще одна версия судьбы легендарного копья: в начале VIII столетия оно пе было вывезено в Константинополь, а было надежно укрыто в земле в окрестностях Антиохии во избежание захвата копья сарацинами. Вновь копье было обнаружено только в июне 1098 года, во время Первого крестового похода (1096—1099). В «Письме предводителей крестоносного рыцарства папе Урбану II» от 11 сентября 1098 г. говорится: «На подмогу нам явилась высочайшая милость всемогущего Бога, пекущегося о нас: в храме блаженного Петра, князя апостолов, мы нашли копье Господне, которое, будучи брошено рукой Лонгина, пронзило бок нашего Спасителя; [это копье мы нашли] в месте, трижды возвещенном некоему рабу святым апостолом Андреем, который открыл ему также и место, где оно находилось. И мы были так ободрены и укрепились благодаря находке святого копья и многими другими божественными откровениями, что те, кто до того охвачен был страхом и поникли было [духом], теперь, охваченные готовностью отважно биться, один побуждал другого».

Историю находки копья в церкви Святого Петра в Антиохии 14 июня 1098 года подробно рассказывает Раймунд Ажильский в своей «Истории франков, которые взяли Иерусалим» (Historia Francorum qui ceperunt Iherusalem). Как непосредственный участник Первого крестового похода и связанных с ним событий, Раймунд Ажильский является одним из наиболее важных свидетелей обретения Священного копья, но, поскольку в его труде содержится множество подробных описаний связанных с этим видений и чудес, некоторые современные историки относятся к его свидетельству не очень серьезно. Тем не менее рассказ Раймунда Ажильского о том, как к юноше настойчиво являлся апостол Андрей с указаниями о местонахождении копья, остается единственным подлинным описанием этого случая.

«…В тот день, после необходимых приготовлений и после того, как все вышли из церкви Святого Петра, двенадцать мужчин вместе с тем человеком, который рассказал о копье, приступили к раскопкам... И, по мере того как мы копали с утра до вечера, некоторые начали отчаиваться и уже пс верили, что найдут копье. Граф уехал, потому что должен был охранять замок; но вместо него и тех, кто устал копать, мы призвали других, чтобы продолжить работу. Юноша, который рассказал о копье, видя пас совершенно измученными, разделся и, сняв свою обувь, спустился в яму в одной рубашке, искренне прося нас молиться Богу, чтобы Он дал нам копье ради утешения и победы Его людей. Наконец Бог по Своему милосердию соизволил явить нам копье. И я, писавший эти строки, поцеловал копье, когда еще только одно его острие показалось из-под земли. Какая великая радость и ликование наполнили тогда город, я не могу описать».

Бедного слугу, который указал крестоносцам местонахождение Священного копья, звали Пьер Бартелеми. Епископ Адемар ле Пюи, который с самого начала не верил в рассказанную им историю и даже сомневался в аутентичности найденного копья, приказал тщательно расследовать все события, связанным с чудесным обретением легендарного оружия. Расследование, в частности, показало, что Пьер Бартелеми был неграмотен и, слсдоватсльпо, вряд ли мог сам придумать всю эту историю. Позже история обретения Священного копья обросла множеством недостоверных подробностей и слухов; говорили, в частности, что Шер Бартелеми был то ли монахом, то ли священником, а святой Андрей будто бы являлся не только ему одному, но и еще какому-то священнику-провансальцу. Логичнее, однако, считать рассказ Раймунда Ажильского — непосредственного очевидца событий и участника раскопок — наиболее достоверным свидетельством.

Между тем новость о том, что найдено Священное копье, мгновенно облетела весь город, вызвав небывалый подъем в лагере крестоносцев. «Вид священного железа воодушевил всех верой, надеждой, радостью и силой, — пишет известный французский историк Жозеф Мишо в своей “Истории крестовых походов”. — Эти толпы людей, казавшихся призраками, помертвевшими от голода, 24 превратились внезапно в непобедимый народ. Решено было вступить в бой с Кербогой (Кербога — эмир г. Мосул (ныне в Ираке), в 1098 г. осаждал захваченную крестоносцами Антиохию, но потерпел поражение и был вынужден отступить), шатры которого покрывали берега Оропта и возвышенности к востоку от Антиохии. Выступив из ворот Моста, христианская армия, разделенная па 12 корпусов, растянулась в боевом порядке таким образом, что заняла всю долину от ворот Моста до Черных гор, находящихся на один час расстояния к северу от Антиохии. Приняв такую позицию, христиане должны были воспрепятствовать неприятелю овладеть доступами к крепости или окружить их. Вскоре трубы подали сигнал к битве, и зпамспосцы открыли шествие. Тс самые христиане, которые только что изнемогали от голода, с иетшшо чудным рвением устремились на бесчисленные батальоны эмира Мосульского. Победа осталась за воинами Креста; никогда еще человеческое мужество не производило ничего подобного. По сказаниям историков, 100 000 мусульман пали мертвыми в долине, которая отделяет Антиохию от Черных гор, по обоим берегам Оропта и по Алеппской дороге. Кербога был обязал своим спасением лишь быстроте своего копя. Крестоносцев погибло 4000. Военная добыча этого дня была громадная. Понадобилось несколько дней, чтобы перенести в город все оставшееся после побежденных».

Итак, чудесным образом обретенная реликвия вдохновила крестоносцев, помогла им одержать решительную победу и надежно закрепить за собой Антиохию. Споры о подлинности Копья, однако, продолжались. Епископ Адемар ле Пюи, имевший множество сторонников, продолжал сомневаться в его аутентичности. Граф Раймунд Тулузский свято верил в подлинность копья, но другой предводитель крестоносцев, Боэмунд Тарентский, занимал более осторожную позицию. Под влиянием епископа Адемара многие рыцари начали сомневаться в достоверности видений Пьера Бартелеми и подлинности Священного копья. Стремясь защитить свою репутацию, бедняк предложил подвергнуть его испытанию огнем, чтобы подтвердить правдивость своих слов. Это варварское испытание привело к тому, что он получил смертельные ожоги и скончался. В результате вся история с обретением Священного копья породила в среде крестоносцев сильный скепсис, а престиж графа Раймунда Тулузского, безоглядно поверившего в чудо, был значительно подорван.

Некоторые ученые полагают, что копье, найденное в 1098 году в Антиохии, впоследствии попало в руки турок и что именно его султан Баязид II отправил в 1492 году в дар папе Иннокентию VIII. Однако более обоснованна точка зрения, согласно которой «Антиохийское копье» следует отождествлять с реликвией, ныпе хранящейся в знаменитом монастыре Эчмиадзин в Армении. Ранее копье находилось в не менее знаменитом пещерном монастыре Гегард, основанном еще в IV столетии и первоначально именовавшемся Айриванк, что буквально означает «монастырь пещеры». В ХШ столетии, в связи с переносом сюда Священного копья, название обители было изменено па Гсгардаванк — «монастырь копья». В последующие века копье перевезли в Эчмиадзип, где его можно видеть и сегодня. По мпегопо специалистов, в реальности эта реликвия представляет собой не копье, а скорее навершие римского штандарта. То обстоятельство, что во времена крестоносцев реликвия была укрыта в церкви Святого Петра в Антиохии, следует связывать с каким-то эпизодом из истории раннего христианства. Существует туманная легенда о том, что до эпохи арабского завоевания это копье почиталось христианами Антиохии как оружие, которым некие иноверцы в Бейруте ударили фигуру Христа, распятого на кресте; при этом из статуи чудесным образом истекла кровь.

Копье Константина Великого или копье германских королей?

Самая известная и самая таинственная реликвия, известная под названием Священного копья, копья Судьбы, копья сотника Лонгина или копья святого Маврикия, ныне хранится в Вене в числе других регалий императоров Священной Римской империи. Легенды уводят начало его истории ко временам императора Константина Великого. По преданию, Константин хранил в наконечнике своего копья гвоздь или часть гвоздя — одного из тех, которые пронзили руки и ноги Христа во время казни (считается, что этот гвоздь был взят из гробницы святой Елены). Вероятно, именно поэтому копье получило наименование Священного.

Об истории создания копья подробно сообщает Евсевий Кесарийский, биограф Константина. По его словам, однажды императору Константину во спе явился Христос и повелел в войне с врагами иметь знамя, изображающее крест: «Константин находился однако же в недоумении и говорил сам себе: что бы значило такое явление? Но между тем как он думал и долго размышлял о нем, наступила ночь. Тоща во сне явился ему Христос, Сын Божий, с виденным на небе знамением и повелел, сделав знамя, подобное этому виденному на небе, употреблять его для защиты от нападения врагов. Встав вместе с наступлением дня, Константин рассказал друзьям свою тайну и потом, созвав мастеров, умевших обращаться с золотом и драгоценными камнями, сел между ними и, описав им образ знамени, приказал, в подражание ему, сделать такое же из золота и драгоценных камней. Это знамя некогда случалось видеть и нам собственными очами. Оно имело следующий вид: на длинном, покрытом золотом копье была поперечная рея, образовавшая с копьем зпак креста. Сверху на конце копья неподвижно лежал венок из драгоценных камней и золота, а па нем — символ спасительного наименования: две буквы показывали имя Христа, обозначавшееся первыми чертами, из середины которых выходило «Р». Эти буквы василевс впоследствии имел обычай носить и на шлеме. Потом, па поперечной рее, прибитой к копью, висел тонкий белый плат — царская ткань, покрытая различными драгоценными камнями и искрившаяся лучами света. Часто вышитый золотом, этот плат казался зрителям невыразимо красивым, вися па рее, он имел одинаковую ширину и длину. На прямом копье, нижний конец которого был весьма длинен, под знаком креста, при самой верхней части описанной ткани, висело сделанное из золота грудное изображение боголюбивого василевса и его детей. Этим-то спасительным знаменем как оборонительным оружием всегда пользовался василевс для преодоления противной и враждебной силы и приказал во всех войсках носить подобные ему».

В тексте Евсевия Кесарийского речь все-таки идет скорее о знамени, а не о боевом копье. Однако молва связывает Священное копье с этим знаменем. С ним Константин Великий участвовал в сражении у Мульвийского моста в 312 году нашей эры. Предание утверждает, что именно обладание Священным копьем принесло ему победу, и это убеждение во многом повлияло на его обращение в христианство. Приняв святое крещение, Константин сделал христианство официальной религией Римской империи, и это событие имело масштабные и далеко идущие последствия для судеб всего человечества.

После смерти Константина история Копья Судьбы приобретает еще более легендарные черты. Считается, что оно передавалось по наследству и в итоге попало к племяннику Константина, императору Юлиану, вошедшему в историю под именем Юлиана Отступника (правил в 361–363 гг.). Юлиан предпринял попытку восстановить в Римской империи языческие культы, как это было до Константина Великого, но потерпел неудачу. Согласно малодостоверным преданиям, на какое-то время Священное копье оказалось в руках Алариха, короля вестготов, в 410 году захватившего и разграбившего Рим. Отправившись далее на завоевание Сицилии, Аларих оставил копье в Риме. Его поход потерпел неудачу, и спустя несколько месяцев король готов умер.

Далее историю копья молва связывает с именами римского полководца Аэция — «последнего римлянина» и предводителя гуннов Аттилы. Считается, что копье принадлежало и тому, и другому, хотя в действительности это невозможно: если Аэций в 451 году одержал победу над Аттилой на Каталаунских полях, обладая копьем Судьбы, то следовательно, этим копьем не мог обладать Аттила; если же Аттила обладал этим приносящим победу копьем до сражения на Каталаунских полях, то почему он потерпел 30 такое сокрушительное поражение? В этом пункте концы с концами у творцов легенды о Священном копье явно не сходятся. Впрочем, возможно, копье, некогда пронзившее тело Иисуса Христа, просто «отказалось» помогать язычнику Атгиле: как повествует предание, в 452 году, когда оправившиеся от поражения гунны вторглись в Италию, Аттила прискакал на лошади к воротам Рима и швырнул копье под ноги римских сановников, уже готовых сдать город на милость грозного завоевателя: «Заберите свое Священное копье, — будто бы сказал им Аттила. — Оно бссполсзпо для мепя, так как я не знаю Того, кто сделал его Священным».

21 сентября 454 года император Валентиниан III собственноручно убил Аэция, а в следующем году Рим был разграблен вандалами. Спустя еще два десятилетия Римская империя пала. Неисповедимыми путями Священное копье оказывается в руках византийского императора Юстиниана I (правил в 527–565 гг.), а после его смерти исчезает почти на два столетия.

Первые смутные указания на существование Священного копья (того самого или уже другого) появляются только в VII столетии в связи с деятельностью лангобардских королей. Германское племя лангобардов (ломбардов) в 568 году вторглось в Италию, завоевало северную часть страны и основало здесь собственное королевство, ставшее известным под названием Ломбардия. Согласно раннесредневсковому историку Павлу Диакону (720–799), ломбардские короли вели свою родословную «от рода Гунгингов, который считался у них наиболее знатным». Некоторые современные исследователи связывают это имя с названием легендарного копья бога Одина — Гунгнир. Возможно, ломбардские короли, подобно большинству германских королевских домов, возводили свое происхождение к Одину. Павел Диакон отмечает также важную роль, которую королевское (Священное?) копье играло в обряде передачи власти: «В эти времена одна продажная девка родила разом семерых детей, и бросила их эта, превосходящая любого зверя своей жестокостью, мать в пруд, дабы оставить там умирать… И случилось, что король Агельмунд проезжал мимо этого пруда: он ошеломленно уставился на бедных детей, остановил своего коня, и, когда он своим копьем, которое держал в руке, поворачивал их туда и сюда, схватил один из них своей ручкой копье короля. Тот, исполненный жалости и в высшей степени удивившийся этому, молвил, что это будет великий муж, приказал вытащить его из пруда и передать одной кормилице и повелел ухаживать за ним заботливейшим образом; и поскольку тот был вытащен из пруда, который на их языке зовется Лама, то дал ему имя Ламиссио. Когда ребенок вырос, стал оп настолько способным мужем, что был и самым воинственным и после смерти Агельмунда стал королем».

Милан, который был столицей Западной Римской империи во время Константина Великого, стал также резиденцией ломбардских королей Перктарита (правил в 661–662 и 671–688 гг.) и его сына Кунинкперта (правил в 688–700 гг.), оба они были христианами. Возможно, что в VII столетии, в правление одного из этих королей, в стальной наконечник ломбардского королевского копья был вставлен один из римских гвоздей I столетия н.э., найденных императрицей Еленой на Голгофе и которыми, как предполагается, был пригвожден к кресту Христос. Таким образом, древняя языческая реликвия лангобардского королевского дома приобрела характер христианской реликвии и стала Священным копьем. Последний ломбардский король Дезидерий (правил в 756–774 гг.) в 774 году сдался Карлу Великому после семимесячной осады Павии. Государство лангобардов было присоединено к франкскому. В том же году Карл Великий короновался в качестве короля Ломбардии; очевидно, что наряду с другими регалиями ломбардских монархов в его руки попало и Священное копье. С этого времени судьба копья становится навсегда связанной с судьбами Франкской, а позднее Священной Римской империи, фактическим основателем которой считается Карл Великий. Стоит добавить, что с этого времени в руки Карла попала и Железная корона Ломбардии, согласно поверью, так же как и копье, заключавшая в себе гвоздь, которым был некогда прибит к кресту Христос.

Впрочем, существует и иная версия происхождения Священного копья, не связанная с историей ломбардского королевского дома: Григорий Турский в своей «Истории франков» рассказывает о том, как в 585 году меровингский король Гунтрамн передавал власть своему племяннику и наследнику Хильдеберту: «…король Гунтрамн, вложив в руку короля Хильдеберга копье, сказал: «Это означает, что я передал тебе все мое королевство. Теперь ступай и прими под свою власть все мои города, как свои собственные. Ведь у меня, по грехам моим, никого не осталось из моего рода, кроме одного тебя, сына моего брата. Итак, будь наследником всего моего королевства, потому что другие не могут наследовать»». Очевидно, что у франкских королей из династии Меровингов копье также являлось символом власти и королевского сана. Нельзя исключать (хотя достоверных сведений об этом нет), что в VII столетии в наконечник этого копья также был вделан гвоздь из числа Голгофских реликвий, и таким образом оружие получило статус Священного.

Средневековый английский автор Уильям Мальмсберийский приписывает Священному копью успех англосаксонского короля Этельстана в битве при Брунанбурге в 937 году. Объединенная армия шотландцев, валлийцев и норвежцев (викингов) значительно превосходила численностью силы Этельстана, но тем не менее англосаксам с легкостью удалось одержать победу. Согласно легенде, переданной Уильямом Мальмсберийским, английский король получил из Франции легендарные реликвии — меч Константина Великого и копье Карла Великого (т.е. Священное копье), и это позволило ему взять верх над неприятелями. Большинство современных исследователей не склонно признавать этот факт достоверным; любопытно однако, что уже во времена Уильяма Мальмсберийского (он жил ок. 1090—1143 гг.) считалось, что копье Карла Великого способно обеспечить военную победу.

От Габсбургов к Гитлеру

Согласно легенде, Карл Великий участвовал в 47 сражениях и во всех одержал победу; это обстоятельство молва приписывает Священному копью. В начале 920-х годов, уже после смерти Карла, копье принадлежало бургундскому королю Рудольфу. От него оно путем обмена перешло к германскому королю Генриху I Птицелову. После смерти Генриха I в 936 году копье унаследовал его старший сын, Оттон I, ставший первым императором Священной Римской империи. Таким образом Священное копье вошло в число императорских регалий и стало одним из главных символов Германской империи.

Императору Отгону удалось одержать несколько громких военных побед, которые молва связала с обладанием Священным копьем (об этом подробно рассказывает итальянский хронист X века Литупрапд Кремонский в своих «Деяниях Отгона»). Уже к концу X века Священное копье уверенно считалось тем самым, что пронзило бок Иисуса Христа, и почиталось как драгоценная реликвия. С начала XI столетия копье (строго говоря, речь идет только о наконечнике копья) было вмонтировано в поперечную балку Имперского креста, а в 1084 году император Генрих IV прикрепил к нему серебряную скобу с надписью: «Гвоздь нашего Господа». По прошествии двух с половиной веков другой император, Карл IV Люксембургский (правил в 1346–1378 гг.), приказал добавить к копью вторую, золотую, скобу с надписью Lancea et clavus Domini («Копье и гвоздь Господа»). Все это свидетельствует о том, что в эпоху Средневековья копье императоров Священной Римской империи действительно являлось религиозной реликвией. Подобный взгляд был основан на убеждении, что оно является подлинным копьем императора Константина Великого, а в его наконечнике хранится гвоздь, пронзивший тело Христа во время Его распятия на кресте. Неизвестно, на основании чего родилась подобная уверенность; можно сказать лишь, что это, безусловно, была ошибка. Однако эта ошибка явилась одной из причин соперничества между императорами Священной Римской империи и Византией — ведь византийские императоры тоже были уверены, что являются обладателями Священного копья…

В 1000 году император Оттон III на конгрессе в Гнезно подарил польскому королю Болеславу I точную копию Священного копья (по некоторым сведениям, другая подобная копия в то же самое время была отправлена в дар королю Венгрии). С 1200-х годов польское копье хранится в Кракове, в Вавельском соборе, и по крайней мере о нем извсстпо, что это всего-навсего копия Копья Судьбы, хотя и имеющая весьма почтенный 1000-летний возраст. Обо всех других известных па сегодняшний день «Священных копьях» этого сказать нельзя — каждое из них имеет крайне запутанную историю. В 1273 году Священное копье использовалось на церемонии коронации императора Священной Римской империи Рудольфа I Габсбурга. В 1424 году император Сигизмупд 1 переместил все собрате императорских реликвий, включая копье, из Праги в свой родной город Нюрпберг и предписал специальным декретом, чтобы отныне клейно ды Священной Римской империи остались здесь навсегда: «Таково желание Бога: имперская корона, держава, скипетр, крест, меч и копье Священной Римской империи никогда не должны покидать землю отчизны!» С XVI века Священной Римской империей правили австрийские монархи из династии Габсбургов. Повидимому, уже к тому времени копье приобрело свой современный вид. Общая длина его составляет около 20 дюймов; типологически оно принадлежит к типу каролингских «крылатых» копий. Длинное, конической формы лезвие опирается на широкое основание с двумя выступающими металлическими гребнями. Лезвие разделено на две половинки, соединенные железной пластиной; обе половинки дополнительно скрепляют две муфты, серебряная и золотая, с выгравированными на них надписями. Посередине лезвия выточена длинная прорезь полуовальной формы, в которую искусно вделан декоративный железный стержень с заостренным концом. Средневековая молва уверенно считала этот стержень одним из гвоздей, пронзивших руки и ноги Христа во время распятия на кресте. Стягивающие лезвие перехваты из серебряной проволоки представляют собой результат ремонта — когда-то копье по неизвестным причинам было сломано пополам.

В числе других имперских клейнодов Священное копье до весны 1796 года хранилось в Нюрнберге. Когда к городу начали приближаться французские революционные войска, городские советники поспешили эвакуировать императорские регалии в Вену. Руководство операцией по спасению реликвий было поручено некоему барону фон Хюгелю, который клятвешю обещал возвратить все объекты, как только мир будет восстановлен. Однако в 1806 году Священная Римская империя была официально упразднена, и фон Хюгель поспешил в собственных интересах использовать воцарившееся безвременье. Он продал все собрание имперских регалий, включая Священное копье, австрийским Габсбургам. Вероломство барона фон Хюгеля вскрылось только в 1815 году, после окончательного поражения Наполеона при Ватерлоо: когда городской совет Нюрнберга попросил свои сокровища назад, австрийские власти ответили ему официальным отказом, ссылаясь на то, что юридически Священная Римская империя прекратила свое существование и австрийские императоры являются ее единственными законными наследниками.

Таким образом имперские регалии остались в Вене. В 1918 году империя Габсбургов пала. Копье наряду с другими реликвиями, составлявшими собственность австро-венгерской короны, перешло в собственность Австрийской республики. Между тем пришедший в 1933 году к власти в Германии Гитлер проявлял большой интерес к Священному копью: в его глазах оно было реальным воплощением «Первого рейха» — Священной Римской империи германской нации, преемником которого считался гитлеровский Третий рейх. Впервые Гитлер увидел копье Судьбы во дворце Хофбург в Вене в 1909 году, еще будучи никому не известным молодым художником-акварелистом, и сразу попал под очарование этой таинствешюй реликвии. Гитлер был хорошо знаком с легендой о копье Судьбы. Его интерес к нему еще более подогревался оперой «Парсифаль» (1882), написанной любимым композитором Гитлера Рихардом Вагнером. Сюжет оперы связан с поисками чаши Святого Грааля, и в ней также фигурирует легендарное копье Судьбы.

По собственному признанию Гитлера, встреча с копьем стала одним из наиболее важных моментов в его жизни. Не в меру впечатлительный начинающий живописец, зачарованный, как лунатик, застыл перед древней реликвией. На какой-то миг он почувствовал себя вершителем судеб мира, сжимающим копье Судьбы в руках, — ведь, как гласит легенда, это копье делает его обладателя непобедимым…

Тревор Равенскрофт, автор книги «Копье Судьбы», опубликованной в 1973 году, утверждает, что Гитлер начал Вторую мировую войну, чтобы захватить Священное копье, которым оп был попросту одержим. Это, конечно, явный перебор, хотя песомпспно, что Гитлер был заинтересован в обладании клейнодами Священной Римской империи, усматривая в них (и в особенности в Священном копье) мистическую связь со многими поколениями германских императоров, королей и полководцев, завоевавших в свое время едва ли не всю Европу. Специалисты-историки единодушно признали книгу Равенскрофта спорной. Алан Бейкер, автор исследования по истории нацистского оккультизма (A. Baker. Invisible Eagle, The Hidden History of Nazi Occultism. Virgin Books, 2000), убежден, что Гитлер стремился овладеть сокровищами Хофбурга в гораздо большей степени по финансовым, а не по мистическим соображениям.

Как бы то пи было, уже 14 марта 1938 года, на следующий день после аппексии Австрии, Гитлер приказал изъять копье Судьбы и другие реликвии из сокровищницы австрийских императоров в Вене. Их погрузили на бронепоезд и под охраной эсэсовцев вывезли в Германию — в Нюрнберг, ставший в 1930-х годах сердцем нацистского движения. Здесь, в церкви Святой Екатерины, имперские клейподы хранились в течение следующих шести лет. Когда авиапалсты союзников участились, копье и другие реликвии были перенесены в подземное хранилище под церковью, построенное специально для этой цели и в большой тайне. Копье в целости и сохранности пережило воздушный налет на Нюрнберг британских ВВС (английские летчики понесли в этот день самые большие потери, и германская пропаганда поспешила связать это с присутствием в Нюрнберге Священного копья).

Следы уходят океан

С этого времени история копья начинает как снежный ком обрастать слухами и различными конспирологическими теориями. По утверждениям некоторых авторов, еще в древности существовала легенда, согласно которой утрата копья неминуемо ведет к смерти его владельца, и эта легенда якобы нашла свое подтверждение в судьбе Гитлера: Нюрнберг был захвачен войсками союзников 30 апреля 1945 года, и в тот же день, спустя менее чем два часа, рейхсканцлер совершил самоубийство.

Хотя подземное хранилище под церковью Святой Екатерины действительно было обнаружено американскими солдатами уже в первые часы после захвата Нюрнберга, на повестке дня в ту пору стояло много других дел, и до реликвий Хофбурга дело дошло только много недель спустя. 2 августа 1946 года представители армии США и чиновники Нюрнбергского городского совета провели осмотр двенадцати хорошо упакованных ящиков, хранившихся в камере № 3 нюрнбергской тюрьмы. В ящике № 8 было найдено Священное копье. После осмотра все имперские регалии, включая копье, по распоряжению генерала Эйзенхауэра были возвращены в Вену, в сокровищницу дворца Хофбург, где остаются до сего дня.

Незадолго до возвращения копье побывало в руках американского генерала Джорджа Паттона, войска которого захватили Нюрнберг. Он был очарован легендой о Священном копье и после войны сумел проследить часть его истории. По мнению Паттона, копье, найденное его солдатами в Нюрнберге, было подлинным. Спустя многие годы после войны, однако, появилась легенда о том, что американцам досталась только искусно сделанная фальшивка, а подлинным Священным копьем завладела некая секретная группа нацистов. Высказывалась также другая конспирологическая версия, согласно которой оригинал копья был тайно вывезен за океан и ныне находится в распоряжении правительства США или — как вариант — потомков генерала Паттона, а в Вену была отправлена его точная копия.

Этой версии придерживаются, в частности, авторы вышедшей в 1989 году книги «Адольф Гитлер и тайны Священного копья». Они утверждают, что в венский музей была возвращена подделка, в то время как подлинное копье вывезено в Южную Америку или даже в Антарктиду. Один из авторов книги, отставной полковник армии США и профессор медицины Говард А. Бюхнер, был участником Второй мировой войны. Он утверждает, что после войны с ним связался бывший немецкий офицер-подводник, назвавший себя капитаном Вильгельмом Бернхартом (это имя, скорее всего, вымышленное), который рассказал ему подлинную историю Священного копья. По словам Бернхарта, копье, в настоящее время демонстрирующееся в императорской сокровищнице в Вене, является фальшивкой. Эта фальшивка была изготовлена одним из лучших японских оружейников по заказу Генриха Гиммлера, создавшего тайный кружок «рыцарей Священного копья» из числа наиболее преданных эсэсовцев. Дубликат копья хранился в церкви Святой Екатерины в Нюрнберге, в то время как подлинник использовался в тайных ритуалах черной магии, совершавшихся «рыцарями Священного копья» в замке Вевельсбург в Вестфалии. В самом конце войны Священное копье по личному распоряжению Гитлера было отправлено в Антарктиду наряду с другими нацистскими сокровищами. Этой операцией руководил полковник Максимилиан Хартман. В 1979 году Хартман якобы вернул эти сокровища в Европу, и теперь копье находится в каком-то тайном убежище «рыцарей Священного копья».

В подтверждение своих слов «капитан Берпхарт», ставший вторым соавтором названной книги, подарил Бюхнеру вахтенный журнал этой экспедиции и фотографии некоторых возвращенных объектов. После личных встреч с другими членами предполагаемой экспедиции, а также с бывшими высокопоставленными нацистскими функционерами, включая экс-руководителя гитлер-югенда Артура Аксмана (умер в 1996 г.), Бюхнер пришел к выводу: либо его вовлекают в какой-то сложный, многоходовый обман с непонятными целями, либо все услышанное им правда и копье Судьбы действительно на какое-то время было эвакуировано в Антарктиду и ныне находится в руках одного или нескольких людей, посвященных в нацистские секреты.

История полковника Бюхнера отчасти подтверждается фактом таинственного появления немецких подводных лодок в аргентинских водах спустя несколько месяцев после окончания войны. Предполагается, что эти лодки являлись частью таинственного «конвоя фюрера», переправившего группу высокопоставленных нацистов (а также, возможно, золото и нацистские реликвии) в Аргентину, Чили или даже в Антарктиду — на секретную германскую антарктическую базу «Стапция-211». Одна из этих лодок, U-530, 3 марта 1945 года вышла из Хортена (Норвегия) под командованием обер-лейтенанта Отто Вермута. 10 июля того же года, после восемнадцати с половиной недель плавания и спустя более чем два месяца после прекращения воеппых действий в Европе, она вошла в порт Мар-дель-Плата, расположенный в 400 км южнее Буэнос-Айреса, и сдалась аргентинским властям.

Вторая лодка, U-977, вышла из норвежского порта Кристиансапн в самые последние часы войны — 2 мая 1945 года. Командовал субмариной обер-лейтенант Хайнц Шеффер. Формальной боевой задачей лодки являлось патрулирование в водах Ла-Манша, однако, принимая во внимание реальпую военную обстановку тех дней, эта задача выглядит абсолютно бессмысленной. 10 мая 1945 года, когда Германия уже капитулировала, а лодка паходилась в норвежских водах, командир субмарины предложил тем членам экипажа, кто имел семьи, покинуть лодку. 16 человек — примерно треть команды — поспешили воспользоваться этим предложением и, оставив лодку, на шлюпках добрались до норвежского берега. Между тем субмарипа погрузилась под воду и исчезла…

Она объявилась вновь только 17 августа 1945 года, спустя более чем пятнадцать недель, сдавшись аргентинцам в том же порту Мар-дель-Плата. Позже командир лодки Хайнц Шеффер написал книгу воспоминаний о приключениях подводников, увидевшую свет в 1950 году. По его словам, с 10 мая до 14 июля лодка U-977 шла в погруженном положении. Этот 66-дневный подводный рейс стал вторым по длительности за всю историю Второй мировой войны (рекорд принадлежит другой германской субмарине, U-978, — 68 дней). Подобно подводной лодке U-530, U-977 была оборудована шноркелем — устройством для работы дизельных двигателей в подводном положении (характерно, что это устройство было смонтировано на лодке в феврале 1945 года, хотя в строй она вступила еще в мае 1943 года). Поход был чрезвычайно трудным, многие из членов команды оказались на грани нервного срыва. На островах Зеленого Мыса лодка сделала короткую стоянку, а затем снова двинулась на юг, уже в надводном положении, используя только один дизель. 23 июля подводники пересекли экватор, а 17 августа прибыли в Мар-дель-Плату. Весь рейс продлился 108 дней.

Сведения о действиях немецких подводных лодок в Южной Атлантике продолжали поступать не только на протяжении всей второй половины 1945 года, но и гораздо позже. Одна германская субмарина была затоплена собственным экипажем в августе 1945 года в водах залива Сан-Матиас, неподалеку от побережья Патагонии. 25 сентября 1946 года, спустя полтора года после окончания войны, агентство Франс Пресс распространило сообщение о том, что «постоянно циркулирующие слухи о действиях немецких подводных лодок в районе Огненной Земли, между крайней южной оконечностью Латинской Америки и Антарктидой, основаны на действительных случаях». В том же 1946 году французская газета France Soir сообщила о захвате исландского китобойного судна германской подводной лодкой в районе Фолклендских островов.

Все эти факты, равно как и ряд других, указывают на то, что в водах Южной Атлантики в 1945—1946 годах действительно могли находиться германские субмарины, направленные в этот район с неизвестным заданием (с точки зрения чисто военной их деятельность уже не имела никакого смысла). Многие годы спустя после войны исследователи выявили «бесследное» исчезновение семи из десяти немецких подводных лодок, базировавшихся во Фленсбурге и вышедших па боевое задание в последние дни войны через проливы Каттегат и Скагеррак. А архивы кригемарине содержат сведения более чем о сорока без вести пропавших в последние дни войны подводных лодках. Все они были построены по последнему слову тогдашней техники, являлись, по существу, подводными крейсерами, и все они были в состоянии совершить многотысячсмильный рейс и благополучно достичь берегов Аргентины или Антарктиды…

Союзники приложили немало усилий, чтобы разгадать тайну появления немецких субмарин в аргентинских водах. Члены экипажей сдавшихся в Мар-дель-Плате подводных лодок U-S30 и U-977 были допрошены офицерами американской разведки. Никто не верил, что командиры немецких субмарин проделали столь долгий, почти четырехмесячный, путь только для того, чтобы сдаться аргентинцам, хотя Отто Вермут и Хайнц Шеффер настаивали именно на этой версии. Разведка союзников была уверена, что обе подводные лодки имели на борту некий секретный груз. Предполагалось даже, что эти лодки могли тайно доставить к берегам Южной Америки самого Гитлера (ходили упорные слухи, что рейхсканцлер выбрался из осажденного Берлина и после войны жил в Чили, в селении Колония-Дигнидад, где и умер в 1960 году; по другой версии, он умер в Аргентине в 1964 году). В свете этой версии обоих командиров сдавшихся подводных лодок допрашивали особенно дотошно. Обер-лейтенанта Шеффера первоначально вывезли в США, где офицеры американской разведки работали с ним в течение месяца, после чего его отправили в Англию, в распоряжение людей из Интеллидженс Сервис. Оба подводника продолжали утверждать, что на борту их субмарин не было никаких политически значимых фигур, которых следовало бы тайно доставить в Южную Америку. В конечном счете оба офицера были освобождены. Хайнц Шеффер какое-то время жил в Западной Германии, но потом уехал в Южную Америку, где занялся написанием мемуаров.

Внезапное появление «капитана Вильгельма Бернхарта» вновь пробудило интерес к этой давней истории. Дело в том, что «капитан Бернхарт», как оказалось, был одним из членов экипажа подводной лодки U-530 (некоторые считают, что под этим псевдонимом скрывается сам командир субмарины, обер-лейтенант Отто Вермут). По словам Бюхнера, «капитан Бернхарт» утверждал, что американской и британской разведкам стало известно, что подводные лодки U-530 и U-977 до того, как сдаться аргентинским властям, побывали в Антарктиде, но точная цель их миссии так и осталась загадкой. Так, может быть, одной из задач этого плавания действительно являлось спасение Священного копья?

Тайна копья разгадана?

В 2003 году специалистам впервые представилась возможность детально исследовать древнюю реликвию, хранящуюся в сокровищпице дворца Хофбург в Вене. Насколько реальны слухи о подмене Свящепного копья? Действительно ли это то самое копье сотника Лонгина, что пронзило тело Христа, умершего на кресте? В какой степени достоверны легенды, окружающие реликвию?

Копье изучалось в лабораторной среде с помощью самых современных методов анализа, при этом ученым было даже дано разрешение снять золотую и серебряную муфты, скрепляющие лезвие. Наконец был вынесен вердикт: дата изготовления копья — конец VII — начало VIII века (до этого музейные специалисты придерживались несколько более поздней даты). В то же время вставленный в копье заостренный железный стержень, традиционно считающийся гвоздем от распятия на кресте, по длине и форме действительно совпадает с римским гвоздем I столетия нашей эры. Много позже — очевидно, в эпоху раннего Средневековья — этот гвоздь был расплющен молотом, в результате чего приобрел характерный уплощенный вид, напоминающий лезвие, и, кроме того, был украшен насечкой в виде крошечных медных крестиков.

Надо сказать, что о том, что Священное копье не относится ко временам Иисуса Христа, наука знает еще с 1920-х годов, когда проводились первые научные исследования реликвии. Современные методы анализа подтвердили этот вывод: хорошо различимые на рентгенограммах вкрапления шлака типичны для раннесредневековой кузнечной техники. В то же время ученые полностью опровергли миф о том, что в годы войны Священное копье было подменено, а оригинал его похищен: реликвию, хранящуюся сегодня в венском музее, с уверенностью можно датировать VIII столетием. В своем первоначальпом виде это копье было полноценным боевым оружием, так называемым каролингским «крылатым» копьем, и типологический анализ полпостью подтверждает это. В то же время на нем не сохранилось никаких признаков реального боевого применения. Скорее всего, Священное копье первоначально использовалось как навершие знамени, чему имеется ряд убедительных признаков. На протяжении своей долгой истории копье неоднократно переделывалось и дополнялось различными деталями, а при каких-то неясных обстоятельствах было сломано на две части, после чего старательно скреплено в одно целое.

Какие же из всего этого следуют выводы? Ну, во- первых, хранящееся в Вене копье действительно может быть связано с именем Карла Великого. Этому не противоречит пи один из имеющихся сегодня в распоряжении пауки фактов. Во-вторых, оно действительно может заключать в себе гвоздь Креста Христова, как это и утверждала средневековая традиция. Таким образом, копье по праву занимает свое исключительное место среди регалий Священпой Римской империи и принадлежит к числу наиболее зпачимых культурно-исторических объектов в сокровищнице Хофбурга. В-третьих, исследования копья позволили решительно отбросить в сторону всю ту оккультную шелуху, в которую его в последние тридцать лет старательно завертывали приверженцы различных конспирологических теорий. В то же время открытым остается вопрос о судьбе истинного копья сотника Лонгина — конечно, если таковое действительно существовало. Как мы уже знаем, за прошедшие два тысячелетия появлялось много претендентов на эту роль, и история копья по-прежнему остается запутанной. Впрочем, если идентифицировать венское Священное копье как копье Карла Великого, то все остальные версии приобретают уже откровенно мифологический характер. И хотя история этого копья оказалась гораздо более прозаичной, чем этого хотели бы любители исторических загадок, древняя реликвия не утратила своего очарования. Все-таки за «ее плечами» стоят 1200 лет европейской истории…

Опубликовал: Дмитрий Адаменко | 9 июля 2013
Рубрика: Cимволика, Монархические регалии
Метки: ,

Последние опубликование статьи