Узники монастырских подземелий

Наталья Скубилова

Anno domini 1782. Монастырь капуцинов в Вене на Нойер Маркт… В ночь с 23 на 24 февраля патера Иннокентия внезапно разбудил послушник и велел срочно следовать за ним по приказу настоятеля.

Послушник, держа в руке тускло мерцающий фонарь, вел 26-летнего патера вдоль темных ходов, спускаясь по ступенькам все ниже и ниже в подземелье.

Всю свою долгую последующую жизнь патер Иннокентий каждый раз содрогался, возвращаясь мыслями в ту страшную ночь…

Бряцая ключами, послушник с лязгом открыл тяжелую дверь, которая была едва заметна в нише… Этой части подвала патер Иннокентий, не так давно служивший в монастыре, еще никогда не видел. Из глубины подземелья пахнуло сыростью и запахом плесени…

Его взору предстала картина, которую он позже описал так:

«Я увидел вытянувшегося на соломенном матрасе старца в полуистлевшей рясе, укрытого старым одеялом. Его голову покрывал капюшон капуцинов, а седая борода достигала пояса. Рядом — жалкая соломенная табуретка и старый грязный стол с лампой».

И хотя в подземелье было холодно, спина патера покрылась потом от ужаса.

От послушника патер Иннокентий узнал, что умирающий затворник родом из мадьяр, что его зовут брат Никомед и его вчера хватил удар. А так как кроме патера никто в монастыре больше не владел венгерским, умирающему старику больше не перед кем было исповедоваться перед смертью.

Краткое отступление
Патер Иннокентий (в миру Игнац Аврелий Фесслер) родился в 1756 году в венгерском Журане (ныне Цурндорф в Австрии) в немецкоязычной семье и вырос в двуязычном окружении. После окончания гимназии пытался вступить в орден иезуитов, но эту просьбу отклонили из-за его молодости. В 1773 году молодой человек вступил в орден капуцинов, а через шесть лет был возведен в сан священника — в то самое время, когда он, по его словам, «стал окостеневать в своей вере». Многие годы Иннокентий провел за учебой, читая книги, изучая языки, и нашел утешение в философских трудах Сенеки. После пребывания в разных обителях он оказался в венском монастыре капуцинов на Нойер Маркт (Новом рынке).

Монастырь капуцинов был заложен в 1599 году, и, после нескольких расширений, с 1633 года под его помещениями действует усыпальница Габсбургов с 8-ю отделениями и 138-ю захоронениями.

Сейчас невозможно себе представить, что под обителью, рядом с усыпальницей, некогда находились также и подземные темницы, где в нечеловеческих условиях содержали монахов, посягнувших на устои монастыря. Страх такого сурового наказания помогал держать в повиновении членов многих орденов и аббатств.

И хотя Мария Терезия в 1769 году приняла первые юридические шаги по ликвидации монастырских и аббатских темниц, а после ее сын Иосиф II ужесточил меры на пути секуляризации империи, тем не менее то и дело продолжали всплывать такие чудовищные истории. Для обитателей монастырей выносить сор из избы было очень рискованно — в случае провала «предателя» ждало такое же наказание…

Патер Иннокентий заговорил с умирающим оборванным старцем по-мадьярски, и тот слабо пожал ему руку в знак того, что слышит и понимает обращенные к нему слова утешения. «После четверти часа тяжелой предсмертной агонии его страданиям на этой земле пришел конец», — писал позже патер в своих воспоминаниях.

Патер расспросил сопровождавшего его послушника об обстоятельствах заточения покойного Никомеда и с ужасом узнал, что несчастный провел в темнице 52 (!) года за то, что имел обыкновение возражать настоятелю монастыря, а однажды назвал его «глупцом».

Послушник поведал также, что таких узников в монастыре в шутку называют «львами», а он сам является лишь «смотрителем львов». Но шутка ничуть не показалась патеру смешной. Никогда в жизни он не видел ничего более жестокого и бесчеловечного.

Прежде чем уйти, патер еще раз осмотрел темницу и поклялся памятью отошедшего в вечность брата Никомеда донести до общественности и до императора обстоятельства этого мерзкого злодеяния.

Две ночи Иннокентий не мог уснуть — у него перед глазами стоял жалкий умирающий затворник в грязном сыром подземелье. А под конец второй ночи у патера было готово письмо для императора Иосифа II. Доставить послание в Хофбург он поручил своему доверенному лицу.

«Милостивый император и господин!

Человечество взывает Ваше Величество к помощи, защите и справедливости против угнетателей, вводящих мир в заблуждение своими напускными набожностью и религиозностью и творящих в своих освященных стенах жестокость, которую Ваше Величество наверняка накажет по всей строгости мирского закона.

В подземельях монастыря на площади Нойер Маркт сегодня в заточении томятся четыре капуцина… Путь к этому страшному аду лежит через монастырскую кухню, направо в прачечную, затем прямо через кладовую, через маленькую дверь, несколько ступеней вниз – и там слева, в темной узкой нише, находятся темницы затворников, которых прозвали «львами».

Я докладываю Вашему Величеству о существовании этого кромешного ада, как сострадающий человек и как верный гражданин и подданный. Я посчитал своей обязанностью донести до Вас эти сведения… Если вдруг выяснится, что именно я выдал эту тайну, я буду потерян и стану жертвой мести и преследований. Монашеский дух найдет тысячи средств и путей схватить меня, что даже глаз императора и меч правосудия не смогут их настичь. Поэтому прошу Вашей Высочайшей защиты и сохранения моего имени в тайне…

Ваш верный подданный п. Иннокентий, капуцин в монастыре на Нойер Маркт».

(Взято из мемуаров патера Иннокентия (Игнаца Фесслера))

Письмо патера Иннокентия вызвало бурную реакцию в императорском дворце. Иосиф II назначил следственную комиссию, во главе которой стоял театральный цензор и императорский советник Франц Карл Хегелин.

Когда члены комиссии, сопровождаемые стражей, нежданно-негаданно появились на пороге монастыря капуцинов на Нойер Маркт, изумлению настоятеля не было предела. Даже после трехкратного требования комиссии показать таинственные темницы он настаивал на своем – никаких казематов и подземных тюрем в монастыре нет! Страже пришлось силой пробивать себе дорогу в подземелье, следуя описанию в письме. Вид обнаруженных комиссией узников вызвал одновременно и ужас, и жалость.

Кроме бездыханного тела брата Никомеда, в подземелье нашли еще трех невольников…

0_132303_c396a42356-летний патер Патерний находился в заточении на протяжении 15-ти лет за то, что иногда совершал прогулки по городу и, хотя всегда вовремя возвращался к очередной молитве, нарушал запрет настоятеля на променады.

73-летний патер Флорентий пребывал в темнице 42 года за то, что дал пощечину настоятелю, будучи не в силах больше терпеть постоянные придирки и унижения.

80-летний послушник Немезиан находился в заточении 53 года. Это было наказание за то, что он, будучи молодым послушником, слишком буквально и рьяно выполнял заповедь «любить ближнего своего» — падал на колени перед любым посетителем монастыря и пешеходом на улице и просил их благословения.

Иосиф II, уделявший в своих реформах большое внимание борьбе с мракобесием, религиозным фанатизмом и ослаблению власти духовенства, распорядился отправить такие же комиссии и в другие обители. И запрещенные темницы в монастыре капуцинов оказались не единственными… Найденные казематы уничтожили (завалили камнями). Узников, которые были психически здоровы, приказали вернуть в «нормальные» монастырские кельи. А тех, кто сошел с ума, отправили в богадельню при монастыре Милосердных братьев, причем расходы за их содержание были вынуждены нести аббатства, которые держали их в заточении.

Настоятель монастыря капуцинов лишился поста с пожизненным запретом занимать подобные должности.

Через год Иосиф II конфисковал у капуцинов часть монастырского сада и повелел строить там «вдоль планки» бюргерские дома (нынешний переулок Планкенгассе). Мужественный поступок патера Иннокентия заставил императора также вмешаться в систему образования духовенства.

1200px-Rombauer_fessler_framedИз-за критики духовенства патер Иннокентий нажил себе много врагов. На него даже было совершено покушение. К тому времени он окончательно разочаровался в католической вере, вышел из ордена и снова стал называться своим мирским именем — Игнац Фесслер. Насколько необычным человеком был Фесслер, показывает его дальнейшая судьба.

Через год после той страшной ночи он получил назначение в Лемберг (Львов) в качестве преподавателя. Там Фесслер не только давал уроки, но и писал романы, философские труды и учебные пособия. В 1784 году он стал членом лембергской масонской ложи, а через несколько лет перешел в лютеранство.

Видимо, Фесслер обладал непримиримым характером… В Берлине, где он проживал с 1796 года, Игнац пытался реформировать масонскую ложу, но вступил в конфликт с тамошними масонами и отказался от членства.

Царь Александр I пригласил Фесслера в Санкт-Петербургскую духовную академию преподавать философию и языки. В 1820 году он был назначен евангелическим суперинтендентом и начальником консистории в Саратове, а в 1833-м — генерал-суперинтендентом и церковным советником евангелическо-лютеранской общины Петербурга. Фесслер поставил перед собой жизненную цель — укреплять лютеранскую веру в России. Он был членом комиссии по составлению законов, также приложил много усилий для укрепления масонства в России.

Детей у Фесслера не было, но зато он был женат аж три раза! Причем с первой женой Игнац развелся, что по тем временам было редкостью и скандалом.

Игнац Аврелий Фесслер, один из самых необыкновенных и образованных людей своего времени, умер в декабре 1839 года в Санкт-Петербурге в возрасте 83 лет.


Опубликовано в «Новом Венском журнале»: http://russianvienna.com/istoricheskie-materialy/4347-uzniki-monastyrskikh-podzemelij

Опубликовал: Дмитрий Адаменко | 12 июля 2018
Рубрика: XIX век, XVIII век, Биографии
Метки:

Последние опубликование статьи